=IUKRI= -Полк 'Украина'-

Курт Танк

psheniza — Mon, 24 Feb 2014 15:41:52 GMT

Курт Танк - немецкий инженер, прославившийся как главный конструктор и технический директор авиастроительной компании Focke-Wulf AG. Танк начал работать в этой фирме в 1931 году и сразу приступил к работе над моделью Fw 44. Этот биплан, использовавшийся как для обучения военных летчиков, так и в гражданских целях, стал первым коммерчески успешным продуктом Focke-Wulf. Будучи не только талантливым инженером, но и отличным пилотом, Курт Танк нередко сам испытывал собственные разработки.

Всемирное признание в качестве гения самолетостроения он получил благодаря многоцелевому истребителю Fw 190. Самолет был разработан в конце 1930-х годов как альтернатива основному истребителю Люфтваффе Messerschmitt Bf 109. Вот как сам конструктор объяснял, зачем немецким ВВС нужна была новая модель истребителя:

"Концепцию Bf109 можно описать очень просто: корпус наименьшего возможного размера вокруг как можно более мощного двигателя; вооружение при таком раскладе имеет самый низкий приоритет. Этот самолет можно сравнить с беговой лошадью: при правильном уходе и в благоприятных условиях она оставит позади кого угодно. Но я был уверен, что в будущих сражениях нужны будут истребители другого рода: пригодные для использования на плохо подготовленных прифронтовых аэродромах, неприхотливые в обслуживании, способные вернуться на базу даже получив значительные повреждения. Fw 190 должен был стать не беговой лошадкой, а боевым скакуном.”

И истребитель Курта Танка оправдал все ожидания конструктора: прочный, тяжеловооруженный и универсальный, этот самолет мог легко адаптироваться к любым задачам, от штурмовки до перехвата бомбардировщиков на предельных высотах. В Fw 190 использовались самые современные инженерные решения: новую систему обдува двигателя воздушного охлаждения, каплевидный фонарь и другие. В результате эта машина стала одним из самых технически совершенных крупносерийных поршневых истребителей Второй мировой войны.

Усилия Курта Танка были оценены по достоинству. Ему было присвоено звание почетного профессора, а новым разработкам Focke-Wulf давался префикс Та в честь самого Танка. Среди этих разработок был и высотный перехватчик Та 152 - по мнению многих, вершина развития поршневой истребительной авиации.

После войны Курту Танку пришлось продолжить работу за границей. Он вел переговоры с представителями Британии, СССР и Китая, но в итоге отправился в Аргентину, где создал реактивный истребитель FMA IAe 33 Pulqui II. Оттуда конструктор отправился в Индию, где работал над истребителем-бомбардировщиком HAL HF-24 Marut для Индийских ВВС, а в 1970-е вернулся в Германию. Курт Танк умер в Мюнхене в 1983 году.

Один бой Александра Покрышкина.

psheniza — Wed, 12 Feb 2014 14:24:58 GMT

Один бой Александра Покрышкина.

Александр Покрышкин. Знаменитый лётчик - истребитель, командир - новатор, трижды Герой Советского Союза, гордость и слава России, великий сын Русского народа. Его имя известно каждому, кто помнит о своих корнях и чувствует неразрывную связь с её великим прошлым. К сожалению, сейчас имя Покрышкина оказалось втянуто в мутный водоворот всяческих "разоблачений" и "развенчаний". Чего только не возвели на него: и не герой он, и не новатор воздушного боя, и побед одержал не 59, как считалось ранее, а меньше и тому подобное.

Разбор подобных обвинений ( при ближайшем рассмотрении - весьма беспомощных и бездоказательных ) заслуживает отдельного разговора. Коснёмся лишь одного аспекта проблемы - вопроса о боевом счёте аса. В вышедшем недавно справочнике "Советские асы. 1941 - 1945. Победы сталинских соколов." ( издательство "ЯУЗА - ЭКСМО", 2008 год. ) его автор - составитель М. Ю. Быков утверждает, что цифра в 59 воздушных побед ( включающая в себя самолёты, сбитые Покрышкиным лично и в группе ) "не подтверждается документами" Центрального Архива Министерства обороны РФ. Этим он как бы намекает, что эта цифра - плод или ошибки, или приписки, или деятельности советской пропаганды. И приводит другую, по его мнению, правильную: 46 самолётов, сбитых Покрышкиным лично, и 6 в группе. Но и здесь Быков делает оговорку, замечая, что цифра в 6 личных и 6 групповых побед, занесённых на боевой счёт лётчика по результатам боёв 1941 - 1942 гг., "официальными документами" тоже не подтверждается.

Вообще, сам справочник - книга информативная и нужная, и за проделанный М. Ю. Быковым огромный труд по установлению советских лётчиков - асов и систематизации их боевых счетов, ему надо совершенно искренне сказать большое спасибо.

К сожалению, сборник содержит в себе немало лакун и откровенных ошибок. Это стало ясно, когда в ходе работы в ЦАМО удалось найти материалы, уточняющие боевые счета почти 150 пилотов советских ВВС... Рецензию на сборник лучше отложить до отдельной статьи. Здесь же просто приведём один пример. В сборнике присутствуют сведения о 33 лётчиках, воевавших в составе "покрышкинского" 55-го истребительного авиационного полка ( с марта 1942 года - 16-го Гвардейского ) и ставших там асами. При этом, неточности имеются в отношении 26 человек. У 22 неверно указано количество их побед, по отношению к 2-м допущены ошибки в типах уничтоженных ими самолётов, и ещё у 2-х отсутствуют уточнения относительно их некоторых побед ( хотя в архивных делах подобная информация имеется ). То есть уточнения требуются в более чем 78% случаев ! Да и самих асов должно быть не 33, а 34...

Боевой счёт Покрышкина тоже нуждается в таком уточнении. Возьмём конкретный пример - бой, который он провёл 29 мая 1943 года, в разгар знаменитого Кубанского воздушного сражения. Помогут нам в этом документы 16-го ГвИАП: "Журнал боевых действий" ( далее - ЖБД ), "Журналы учёта сбитых самолётов противника" 16-го ГвИАП ( далее ЖУСС ), итоговые отчёты о боевой работе полка, а также оперативные сводки ( далее - ОС ) 216-й смешанной авиадивизии, в которую этот полк входил. У Быкова значится, что в тот день Покрышкин сбил один немецкий бомбардировщик Ju-88, который упал возле станицы Варениковской.

26 мая началась третья фаза Кубанской битвы. Войска 56-й армии начали наступление с целью прорыва к Новороссийску и освобождения всего Таманского полуострова. В ответ немецкая авиация приступила к нанесению массированных бомбовых ударов по нашим войскам. В воздухе опять, как в апреле - начале мая, разгорелись жаркие бои.

29 мая в 9 часов 20 минут утра на прикрытие наземных войск в районе ушла четвёрка под командованием Покрышкина. Стоит остановиться на погодных условиях, определивших течение боя. Над линией фронта стояла многоярусная облачность: севернее станиц Киевское, Крымская и Варениковская ( над нашей территорией ) - с просветами, юго - западнее их ( над территорией противника) - сплошная. Нижняя кромка облаков порядка 300 - 400 метров, видимость 6 - 8 километров.

Кроме капитана Покрышкина в вылете участвовали лейтенант Старчиков и младшие лейтенанты Малин и Торбеев. Двое первых уже имели на своём счету сбитые самолёты противника ( Старчиков даже успел стать асом ), у Торбеева побед ещё не было. При подходе к району прикрытия над станицей Киевское наша четвёрка заметила 3 группы бомбардировщиков Ju-88 и He-111. Первая группа в количестве 8 "Юнкерсов" уже приступила к бомбёжке наших позиций севернее станицы Крымская. И бой начался. Обратимся к "Журналу боевых действий" 16-го ГвИАП, где он описан подробно.

"Гвар. к-н Покрышкин по первой группе произвёл атаку, в результате атаки подбил одного ведущего и одного ведомого Ю-88. Атаки производил с короткой дистанции. С-ты пр-ка беспорядочно сбросили бомбы на развороте и ушли на запад в левом развороте. Оба подбитых Ю-88 зашли в облачность, преследовать [ их Покрышкин ] не стал. После чего к-н Покрышкин атаковал вторую группу Ю-88 в кол-ве 6 с-тов, которые заходили с запада на Киевское. В результате атак две группы [ Покрышкин ] рассеял и начал преследовать 1 Ю-88 до самых облаков. В это [ время ] увидел третью группу Ю-88 в к-ве 5 с-тов, пикирующих с юга на цель восточнее Киевское. Капитан Покрышкин пошёл на них в атаку, в результате пулемётно - пушечным огнём зажёг правый мотор 1 Ю-88. С-т пр-ка ушёл с зарыванием и горящим мотором в облака в районе Варениковская.

После этого гв. к-н Покрышкин начал атаковать второго Ю-88, на котором расстрелял стрелка. В это время был атакован 2 Ме-109. Ввиду полного израсходования боеприпасов, пикированием ушёл в облака, вышел на свою территорию и произвёл посадку на своём аэродроме".

Итак, в ЖБД зафиксировано 4 успешные атаки по бомбардировщикам, все из которых произвёл Покрышкин. При этом один самолёт был фактически отнесён к сбитым, 2 - к подбитым, судьбу которых из-за облачности проследить не удалось, и ещё один получил порцию свинца, заставившую замолчать его пулемёты. А что же говорится в "Журнале учёта сбитых самолётов противника" 16-го ГвИАП ? Там значится, что в указанном бою Покрышкиным был сбит Ю-88, упавший возле Варениковской ( подтверждён Старчиковым и Торбеевым ) - то есть, тот самый третий обстрелянный лётчиком самолёт. Казалось бы, прав Быков, но... Но в том же ЖУСС двумя страницами позже ( сразу после сведений об июньских победах лётчиков полка ) есть запись ещё об одном "Юнкерсе", сбитом Покрышкиным в том бою, и упавшем в 2-х километрах западнее хутора Евсеевский, о чём в штабе 16-го Гвардейского ИАП имелось подтверждение из комендатуры воинской части № 39508.

В том, что подтверждение поступило в полк не сразу, нет ничего экстраординарного. Примеров того, что иной самолёт засчитывался позже ( спустя дни, недели, а иногда и месяцы ) было немало, в том числе в истории 16-го ГвИАП. Далеко не все сбитые самолёты противника, даже упавшие на своей территории, могли быть обнаружены. Они могли лежать в труднодоступной местности: в горах, в лесу, болоте, укрытые за высокой травой и кустарником, на минных полях ( на что, к примеру, указывалось актах и докладах трофейных команд и создаваемых при штабах авиасоединений специальных комиссий, в задачу которых входил поиск сбитых самолётов противника ). Порой в районе отсутствовали войсковые части, которые могли дать подтверждение . Что уж говорить о тех самолётах, которые падали за линией фронта или в море, да ещё если бывали сбиты в одиночных боях, без свидетелей ! Но в данном случае подтверждение штаб 16-го ГвИАП всё же получил, и потому по итогам того боя Покрышкину засчитали не один, а 2 Ju-88.

Почему же Быков не отметил вторую победу ? Может, просто просмотрел ? Такое вполне могло бы случиться, если бы не одно обстоятельство. В сборнике он приводит победу Покрышкина над Ме-109, одержанную пилотом 31 мая 1943 года в районе Крымской. Но упоминание о ней имеется только в ЖУСС, причём на той же самой странице и в том же самом месте, что и запись о втором "Юнкерсе", сбитом возле Евсеевского ! А это означает, что Быков не мог не видеть запись о втором сбитом Покрышкиным Ju-88 ! Выходит, забыл указать. А может, просто проигнорировал ?

После заочного общения с самим составителем пришлось, к сожалению, убедиться, что не просмотрел, а именно проигнорировал. А вернее всего, изначально ошибся, а потом ( по какой-то причине не желая признавать это ) стал упорствовать, отвергая факты и считая, что это записи об одном и том же бомбардировщике. И в качестве "доказательства" приводя надпись, сделанную в ЖУСС напротив первой записи - о бомбардировщике, сбитом в районе Варениковской. Там очень меленькими буковками даже не написано, а еле - еле нацарапано "не сбивал".

Однако при внимательном рассмотрении ( и при малейших источниковедческих навыках ) становится ясно, что сделана эта робкая надпись была не в годы войны и не штабным работником, ведшим данные документы. В ЖУСС действительно вносились исправления, но делались они совсем не так. Скажем, сбитый Тетериным 29 апреля 1943 годла FW-190 был решительно зачёркнут и исправлен на Ме-109. Так же решительно и тем же почерком была зачёркнута запись о том, что "Мессер" 2 сентября того же года сбил Клубов ( заменён на Голубева ). А Ме-109, сбитый Покрышкиным 9 апреля 1943 года был вписан рукой того же самого писаря, что вёл ЖУСС. Или же допущенные ошибки и неточности затирали бритвой ( как в случае с боем 30 мая 1944 года, когда тип сбитых самолётов противника понадобилось исправить с Hs-129 на Ju-88 ). Аналогичная ситуация и с ЖБД. То есть, все исправления в документацию вносились той же самой рукой и притом - твёрдо.

В данном же случае запись о сбитом не вычеркнута и не затёрта. А надпись "не сбивал" еле - еле нацарапана, притом совсем другим почерком и другими чернилами, не использовавшимися ни при ведении ЖУСС, ни ЖБД, ни прочих рукописных документов. Более того, сделана она не перьевой ручкой с соответствующими чернилами ( что характерно для этих документов ), а шариковой, вошедшей в широкое употребление в более поздние времена. Кем была сделана надпись - утверждать наверняка не стоит ( об этом можно поговорить отдельно ), но предположить вполне можно. Она сделана тем же ( или очень похожим на него ) почерком и теми же чернилами, каким в строку за 6 мая был вписан Ме-109 лётчику Г. А. Речкалову ( реально сбитый им, но не засчитанный полком в 1943 году ) и какими он делал пометки в документах и расписывался в листе использования документов. В любом случае ясно одно: это сделал не тот человек, что вёл ЖУСС и ЖБД !

Иными словами, эта надпись сделана не в 1943 году, другим человеком и, очевидно, с другими целями. А значит, не может служить хоть сколько - нибудь весомым опровержением одной из побед Покрышкина. Ну а второе утверждение Быкова - о том, что первый "Юнкерс" ( упавший у Варениковской ) был позже подтверждён наземной частью ( только почему-то указавшей район падения как хутор Евсеевский ) и потому это один и тот же самолёт, и вовсе надуманны. Подтверждения летавших экипажей уже было достаточно для того, чтобы засчитать самолёт. От Евсеевского до Варениковской - 40 км, и к тому же, никакая воинская часть не могла бы подтвердить самолёт, упавший возле Варениковской - ведь это была немецкая территория. Таким образом, летавшие экипажи ( Старчиков и Торбеев ) и наземная часть подтвердили 2 разных самолёта, упавших в 2-х разных местах и по разные стороны линии фронта.

И это ясно уже по записи в одном из ЖУСС ( за апрель - август 1943 года ). А ведь сведения об этих "Юнкерсах" имеются и в других полковых документах. В том же ЖУСС ( но уже во втором из них, за сентябрь - декабрь того года ) есть итоговая таблица, в которой указано количество и типы самолётов противника, сбитых каждым лётчиком полка с 9 апреля по 31 августа 1943 года включительно. Из неё следует, что за указанный период на боевой счёт Покрышкина было занесено 3 Ju-88. Одного он сбил 17 августа, уже в ходе боёв за Донбасс, а вот 2 других - над Кубанью. За второго "Юнкерса", как и полагалось, лётчику было выплачено денежное вознаграждение. Наконец, в таблице "Потери противника по месяцам", представленной в полковом "Отчёте о боевой работе и учебно - боевой подготовке за 1943 год", тоже присутствует этот "Юнкерс" ( согласно записи в ЖУСС, помещён в графе за июль ).

Итак, абсолютно точно установлено, что 29 мая 1943 года Покрышкин одержал не одну, а как минимум, 2 победы. Почему как минимум ? Да потому, что есть документальное подтверждение и на 3-й сбитый им в том бою Ju-88. И содержатся они в оперативных сводках штаба 216-й САД.

Прежде чем обратиться к соответствующей сводке ( № 151 от 29 мая 1943 года ), надо коснуться одного момента. Дело в том, что документы, составлявшиеся в штабе полка и штабе дивизии ( которой этот полк принадлежал ), далеко не всегда тождественны, даже если речь в них идёт об одном и том же боевом дне или эпизоде. Многие победы, засчитанные штабами полков, отсутствуют в дивизионных документах ( оперативных сводках, итоговых ведомостях ). И наоборот, есть немало случаев, когда командование полка не засчитывало победу, а командование дивизии - засчитывало.

Сопоставляя документы 16, 42, 57, 100 и 104-х Гвардейских авиаполков, в 1943 году входивших в состав 216-й САД ( позже ставшей 9-й ГвИАД ), удалось насчитать как минимум 68 случаев, когда штабы полков засчитывали ту или иную победу, а в документах дивизии, она отсутствовала. И свыше 30 обратных примеров. В 16-м ГвИАП такие случаи имели место в отношении боевых счетов Фадеева, Речкалова, Покрышкина, Козлова, Паскеева, Степанова, Лукьянова и ряда других лётчиков. Нередки такие случаи были в 1944 и даже в 1945 годах.

Бой 29 мая не стал исключением. В оперативной сводке штаба 216-й САД значится, что в результате боёв с бомбардировщиками противника, прикрытых истребителями, четвёркой "Аэрокобр" был сбит Ju-88 и ещё 2 подбито. "Сбили: капитан Покрышкин 1 Ю-88, самолёт пр-ка упал горящим северо - восточнее Киевское" и "группой: подбито 2 Ю-88, падение самолётов противника не наблюдали".

Здесь тоже говорится о 3-х результативных атаках - одном сбитом ( Покрышкиным ) и двух подбитых "Юнкерсах". Но место падения сбитого самолёта совсем не то, что указано в документах полка. Почему в ОС указано, что сбитый бомбардировщик упал северо - восточнее Киевского ? Ошибка это или же нет ?

Конечно, полностью нельзя сбрасывать со счетов, что здесь могла иметь место ошибка. Допустим, если бы вместо "северо - восточнее Киевского" стояло бы "северо - западнее", можно было бы посчитать, что речь идёт о Ju-88, сбитом возле Варениковской. А возможно, что радиостанция наведения зафиксировала момент падения того же самолёта, что упал у Евсеевского. Но может ли кто-то доказать, что это было именно так и что это - один и тот же самолёт ? Сделать это невозможно, ведь такие утверждения - не доказательство, а всего лишь предположение. Может, всё обстояло иначе: на радиостанции видели, как самолёт упал, а на место его падения съездил офицер и зафиксировал этот факт. Тоже предположение, но опровергнуть его нечем.

Проверить и ту, и другую версию и утверждать, что запись о сбитом северо - восточнее Киевского "Юнкерсе" - это ошибка, мы сейчас не можем. Вообще, воздушная победа - вещь вроде бы реальная, но по целому ряду причин, обусловленных самой спецификой воздушного боя, почти нематериальная, ускользающая. Судить о ней могли лишь участники боя. На земле, в штабах уже имели дело с вторичными свидетельствами - донесениями участников боя, поступавшими от наземных войск подтверждениями, реже фотоконтролем и осмотром места падения сбитого самолёта ( что удавалось далеко не всегда ), на основании которых и заносили победу на счёт лётчика и части. Нам же приходится иметь дело лишь со скупыми строчками дошедших до нас документов, где победа сводится к 3-м параметрам: дате и времени, типу сбитого самолёта и месту его падения.

По дате вопросов нет. Источники указывают на 3 результативные атаки. То же и в отношении типа поверженного противника: это были Ju-88. Остаётся третье - место падения. Но и оно не всегда может внести ясность. Порой для нескольких однотипных вражеских самолётов, сбитых в одном бою, указывался один и тот же район или населённый пункт. Скажем, место падения 4-х ( из 8 ) Ме-109, сбитых группой Покрышкина 12 апреля, указано как "восточнее Абинской"; для 6 Ме-109, одного Ju-87 и одного FW-190, сбитых группой Фадеева 17 апреля, это район совхоза Мысхако; а для 4 Ю-88 и 3 Ме-109, сбитых группой Фёдорова 27 сентября того же 1943 года, это Большой Токмак.

На Кубани бои велись на небольшом пространстве и носили массовый и затяжной характер. Узкий участок фронта с высокой плотностью населения предполагал привязку места падения самолёта к ближайшему из них. В данном случае все населённые пункты разные. От самого восточного из них - хутора Евсеевский до станицы Киевское ( строго на запад ) около 20 километров, от последней до Варениковской ( на северо - запад ) - ещё 20 ( и между ними находятся другие населённые пункты, к которым могла быть осуществлена привязка ). В условиях того района боевых действий это расстояния весьма значительные.

Итак, мы располагаем той информацией, что имеется в документах. А она такова. И полк, и дивизия отметили 3 результативные атаки, которые, согласно ЖБД, произвёл именно Покрышкин. Только сбитыми посчитали разные самолёты, поскольку данные о них штабы 16-го ГвИАП и 216-й САД получили разным и независимым друг от друга путём и от разных же источников. Значит, другая локализация падения Ju-88, отмеченная в сводке дивизии, является серьёзным ( и по сути, уже неопровержимым ) доказательством того, что речь в ней идёт не о каком-то из 2-х "Юнкерсов", засчитанных полком, а о совершенно другом самолёте.

Сам Покрышкин тоже считал, что сбил 3-х бомбардировщиков. В своих воспоминаниях он подробно описал тот бой, в котором едва не погиб ( в последний момент он увидел атакующих его "Мессершмиттов" и на безоружном самолёте сумел от них оторваться ). Это описание вполне совпадает с тем, что имеется в ЖБД.

А что же остальные участники боя ? Как следует из ЖБД, младший лейтенант Малин "вёл в/бой с 3 Ме-109 в районе Мингрельская. По докладам лётчика 1 Ме-109, атакованный в лоб, задымился и пошёл с курсом 2700. По предположению лётчика, Ме-109 подбит, требуется подтверждение" ( не был засчитан ). Данные о действиях лейтенанта Старчикова отсутствуют, за исключением того, что он был сбит ( кстати, Покрышкин писал, что Старчиков в первой атаке сбил ещё одного "Юнкерса" ). В конце боя он был подожжён "Мессерами", на горящем самолёте перетянул линию фронта, покинул самолёт с парашютом и вскоре вернулся в полк. Младший лейтенант Торбеев "производил атаки по первой группе Ю-88, атаки произвёл две, при выходе из боя с набором высоты встретился с Ме-109, которого стал атаковывать. Ме-109 из-под атаки ушёл с набором высоты. При выходе из облачности Ме-109 был атакован 2 Як-1 севернее Крымская. По докладу лётчи-ка, Ме-109 пошёл дымящим со снижением, по его предположению Ме-109 сбит".

Этот "Мессер" был засчитан пилотам 42-го ГвИАП ( отличился младший лейтенант Леско ). Но в том, что вражеский истребитель был сбит, есть и заслуга Торбеева. И вообще, хотя Малин, а потом и Торбеев, оторвались от группы, именно они на какое-то время сковали истребителей прикрытия, что позволило Покрышкину беспрепятственно атаковать бомбардировщиков и сбить 3-х из них.

Дальнейшая судьба участников того боя сложилась по-разному. Николай Старчиков закончил войну командиром эскадрильи, Героем Советского Союза, имея на счету 17 самолётов противника, сбитых лично, и 2 в группе. Александр Торбеев тоже встретил Победу с родным полком, одержав к тому времени 9 личных побед. А вот Юрий Малин, в бою 29 мая в одиночку сковавший 3-х немцев, сложил голову уже на следующий день. Недолго довелось ему повоевать. В 16-й ГвИАП он пришёл в конце апреля 1943 года из 45-го ИАП той же дивизии. Этот полк на некоторое время был выведен из боёв на отдых ( оставаясь при этом на фронте ), а группу молодых пилотов ( среди них, кстати, был и Торбеев, успевший сделать 2 боевых вылета в 45-м ИАП ) передали в 16-й Гвардейский ИАП, понесший в апрельских боях чувствительные потери. К тому времени Малин уже успел сделать первые вылеты и открыть счёт, сбив 21 апреля "Мессер". В новом полку он сразу заявил о себе, в двух вылетах 27 мая сбив Ме-109 и Не-111. Свою 4-ю победу, оказавшуюся последней, он одержал 29 числа - но в другом вылете.

А на следующий день молодой, но быстро набиравший силу пилот, выполнив к тому времени уже 2 вылета, разбился а авиакатастрофе. На самолёте отказал автомат винта. Малин пошёл на посадку, но на 4-м развороте на высоте 50 метров потерял скорость и свалился в штопор. Юрий Малин был ещё жив, с тяжёлыми травмами его доставили в госпиталь, где после операции на следующий день он скончался. За 2 дня до этого в авиакатастрофе погиб ещё один лётчик полка - Иван Степанов, сбивший на Кубани 9 самолётов противника и часто летавший ведомым у Покрышкина. А битва уже подходила к концу...

Но вернёмся к бою 29 мая 1943 года. Сопоставим известные данные ( нашей стороны ) и посмотрим, как же развивались события. Враг обнаружен, и Покрышкин повёл свою четвёрку в атаку. В облаках оторвался Малин, закрутивший карусель с тройкой "Мессеров". Удар по первой группе бомбардировщиков нанесли трое, из них удачными оказались 2 атаки Покрышкина. Один сбитый им Ju-88 упал в глубине нашей обороны, западнее хутора Евсеевский ( подтверждение наземных частей поступило позже ), второй падает северо - восточнее Киевского, на самой линии фронта ( подтверждён штабом дивизии в тот же день ). "Юнкерсы" разогнаны.

Далее Покрышкин атакует вторую группу, а затем - третью, заставляя их отказаться от своей задачи. При этом он сбивает 3-й бомбардировщик, упавший, по докладам Старчикова и Торбеева, возле Варениковской, уже на немецкой территории ( зачтён в тот же день полком ). После этого Торбеев был атакован "Мессерами" и оторвался от остальных. Покрышкин атакует четвёртый "Юнкерс" ( и небезуспешно ), но у него кончаются боеприпасы. В это время "Мессерам" удаётся поджечь "Аэрокобру" Старчикова. Сам Покрышкин тоже чуть не был сбит парой Ме-109, но вовремя их заметив, выходит из-под удара и уходит на свой аэродром.

Бой закончился со счётом 3:1 в нашу пользу ( и все наши лётчики остались живы ), что само по себе хорошо. Бомбёжка была сорвана, наземные войска - прикрыты. Учитывая же, что с нашей стороны в бою участвовало всего 4 истребителя, а с немецкой - до 20 "Юнкерсов" и "Мессеров", этот неравный бой нельзя не признать успешным. "По оценке [ радиостанции наведения ] "Лисица-1", экипажи задание выполнили хорошо", лаконично записано в ЖБД полка.

Ну, а для Александра Покрышкина это был хоть и один из самых трудных, но одновременно и самых результативных боевых вылетов за всю войну. Сбил он в тот день не один, как значится в составленном М. Ю. Быковым сборнике, и даже не 2 ( как указано в полковых документах ), а 3 бомбардировщика Ju-88:

№ п / п	Д а т а	Сбитые самолёты	Место воздушного боя ( одержанной победы )
1	29.05.1943 г.	1 Ju-88	западнее Евсеевский
2		1 Ju-88	северо - восточнее Киевское
3		1 Ju-88	Варениковская

Таким образом, в мае 1943 года в ходе 35 боевых вылетов Покрышкин одержал не 10, а 12 документально подтверждённых воздушных побед ( 3 Ju-88, 4 Ju-87, 5 Ме-109 ). И это - всего лишь один пример того, что тиражируемый ныне боевой счёт Покрышкина ( 46 + 6 ) несколько занижен. А ведь есть и другие...

Впереди у Александра Покрышкина были бои за Украину, освобождение Польши, вылеты в небе Германии, и ещё немало побед. Впереди было командование полком и дивизией, и две других "Золотых Звезды" Героя. Но впервые так громко его имя зазвучало именно тогда, в апреле - мае 1943 года, на Кубани. И заслуженно !

Марчуков Андрей Владиславович, к.и.н., Институт Российской истории РАН.

Источники и литература:

- "Советские асы. 1941 - 1945 гг. Победы сталинских соколов". Москва, 2008 г., с. 407 - 408.
- ЦАМО РФ. Ф. 16-го Гвардейского ИАП. Оп. 206868. Д.1. Л. 90 об. - 92.
- Там же. Д. 2. Л. 18, 20.
- Там же. Ф. 20214 ( 229-й ИАД ). Оп. 1. Д. 4. Л. 180 - 181 об.
- Там же. Ф. 16-го Гвардейского ИАП. Оп. 206868. Д. 2. Л. 20.
- Там же. Д. 3. Л. 1, 2.
- Там же. Оп. 296915. Д. 1. Л. 168 - 171. Оп. 206868. Д. 4. Л. 133.
- Там же. Ф. 20046 ( 9-й Гвардейской ИАД ). Оп. 1. Д. 13. Л. 170 - 171.
- Там же. Ф. 319 ( 4-й Воздушной армии ). Оп. 4798. Д. 124. Л. 205 об.
- Покрышкин А. И. "Познать себя в бою". Москва, 1993 г., С. 305 - 307.

Приказ № 3

psheniza — Wed, 12 Feb 2014 14:15:40 GMT

В связи с участившимися случаями гибели пилотов полка вместе со своей машиной : Предписываю всем пилотам полка - пройти парашютно десантную подготовку на полигоне .

Приказ № 2

psheniza — Wed, 12 Feb 2014 12:48:32 GMT

Запрещается нецензурные высказывания в сторону пилотов состава полка, а также командиров и офицеров.

Штрафники будут наказаны :

1. Отключением голоса в RaidCall сроком на 3 дня

2. Повторно: на 7 дней

3. Исключением из состава полка и занесением в "черный список".

Все штрафники будут отдельно указаны в приказе по полку.

Приказ № 1

psheniza — Wed, 12 Feb 2014 12:38:18 GMT

Всем пилотам полка рекомендуем участвовать в Реалистичный боях.

Перед вылетом на новой технике в бой, облетать оную на полигоне.

Для координации совместных действий в бою, использовать RaidCall полка. (id 7962537)

Обновление 12.02.2014 (1.37.45.50)

psheniza — Wed, 12 Feb 2014 12:11:39 GMT

Обновление 12.02.2014 (1.37.45.50)

- Поддержка нового типа миссий для зимних игр War Thunder

- Исправлено несколько падений клиента

- Оптимизация рендера

Г.А.Речкалов - самый эффективный пилот "Аэрокобр"

psheniza — Mon, 10 Feb 2014 19:58:03 GMT

Г.А.Речкалов - самый эффективный пилот "Аэрокобр"

Григорий Андреевич Речкалов родился 9 февраля 1920 года; дважды Герой Советского Союза, он прославился как один из лучших советских летчиков, самый результативный в мире пилот истребителя P-39 Airacobra (50 воздушных побед).
Начав летную подготовку в 1937 году, Речкалов получил погоны младшего лейтенанта в 1939 и был направлен в 55-й истребительный авиаполк. К началу войны у молодого офицера был уже значительный летный опыт. Однако медицинская комиссия, которую Речкалов проходил за день до начала Великой отечественной войны, неожиданно "забраковала” летчика. Но 22 июня, в хаосе первого дня, командир части, даже не обратив внимания на результаты медкомиссии, сразу отправил Речкалова на задание. Кто знает, как сложилась бы судьба знаменитого летчика, если бы не этот случай?
Начав войну на "Чайке” И-153, Григорий Речкалов записал на свой счет первую победу уже 27 июня, сбив немецкий Bf 109 реактивным снарядом. Сбив за первые 2 месяца войны еще 2 самолета противника, Речкалов получил тяжелое ранение в ногу и был отправлен в госпиталь. Вернувшись в строй, летчик снова попадает в родной авиаполк, ставший к тому времени 16-м гвардейским, и начинает длинную вереницу воздушных побед, поставившую Речкалова в один ряд с лучшими асами Второй мировой. За один только 1943 год он сбивает до 42 самолетов противника в одиночку и в составе группы! Всего же к концу войны на счету Речкалова значилась 61 личная и 4 групповых победы. За исключительные заслуги Григорий Андреевич Речкалов был награжден двумя звездами Героя Советского Союза.